Владимир Плотников: «Мир становится больше!»

Владимир Плотников: «Мир становится больше!»

52

В начале августа произошло знаковое событие для российского сельского хозяйства. Президент Российской Федерации подписал закон «Об органической продукции и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Какие шаги предстоит сделать правительству и аграрному сообществу, прежде чем на прилавках появится официальная «зеленая» продукция отечественного производства? По карману ли малым предприятиям переход на органическое земледелие? Какая господдержка на самом деле нужна регионам, и перед кем чувствует ответственность современный фермер?

На эти и другие вопросы в рамках программы «Точка роста с Ольгой Лесных» нам ответил Владимир Николаевич Плотников, президент Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР), первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам.

— Сегодня одна из наиболее актуальных тем — закон об органическом земледелии. Столкнулись ли Вы с какими-либо сложностями в процессе подготовки законопроекта и его рассмотрения? Каких трудностей стоит ожидать малым формам хозяйств после того, как этот закон вступит в силу?  

Плотников В Н.: Проведена очень серьезная работа. В рамках многих заседаний выслушивались мнения экспертного сообщества. Закон стал более содержательным, более насыщенным и, я считаю, более реалистичным в применении.

Какие особенности? Было несколько понятийных вопросов. Например, что конкретно стоит понимать под словосочетанием «органическая продукция». Сегодня имеет место путаница, а ведь «экологические» и «органические» — это разные вещи. На самом деле, вся органическая продукция является экологической, но не вся экологическая является органической. При экологическом методе можно использовать средства защиты и удобрения — главное, чтобы нормы были правильные, стандарты и меры соблюдались. «Органика» же очень жестко регламентирует весь алгоритм производства, что можно, что нельзя. Это чисто природный продукт, без каких-то стимуляторов.

Все это – от и до —  должно быть четко прописано в законе, что и сделано. Определены контролирующие органы,  механизмы сертификации. Кроме того, планируется создание единого государственного реестра, где будут указаны все производители, которые получили сертификат на производство органической продукции. Еще предстоит много сделать, поэтому в действительности закон начнет действовать с 2020 года. Год-полтора пойдет на то, чтобы подготовиться (реестр и документы, и инструкции, и критерии).

— Ранее мы уже затрагивали тему органического земледелия. Сергей Коршунов, Председатель правления Союза органического земледелия, заявил, что у фермеров в меньшей степени есть возможность приспособиться под производство органического земледелия. Это сложный процесс, это дорогостоящий процесс. Как вы видите эту ситуацию?

Плотников В Н.:  Это естественно, что при выращивании органического, чистого продукта, который соответствует всем стандартам, возникает больше трудностей. Свои особенности есть на каждом этапе производства, и они влекут дополнительные расходы. Одно дело с удобрением, другое — без удобрения. Кроме того, есть сорняки и вредители, их нужно обрабатывать чем-то – значит, в данном случае будут дополнительные затраты на ручную прополку, дополнительные затраты на обработку,  это, естественно, выражается в большей себе стоимости, урожай такой продукции меньше, а затрат больше. Естественно на рынке цена на такую продукцию выше, и это компенсирует те затраты, которые есть, но это надо в комплексе все смотреть, все считать, все отладить и все это научиться продавать.  Научиться, чтобы это было доступно и понятно для наших потребителей. 3:55

— Если говорить непосредственно о фермерах – насколько сегодня они готовы включаться в органическое производство — как для внутреннего, так и для вешнего рынков?

Плотников В Н.: Вы знаете, я должен прямо сказать: не все пока понимают, как это сложно, в чем заключаются отличия. Тут надо людей учить еще, готовить, рассказывать, убеждать. Это непростой путь, но я думаю, что у нас все получится – но потребуется время.

Еще раз повторюсь — требования очень жесткие, и мы должны тоже очень жестко прописать требования и донести их до производителей, чтобы наша продукция была конкурентоспособной. В некоторых странах так: сорвал ты, например, землянику – и она, для того, чтобы считаться органической, должна оказаться на прилавке через час. И таких примеров множество.

— Правильно ли я понимаю вашу точку зрения, как сдержанный оптимизм?

Плотников В Н.: Я думаю, что каждый, кто связан с сельским хозяйством, должен быть оптимистом. Поэтому и я стараюсь быть оптимистом. Но это серьезная тема, и все просто так, с наскока, ничего не получится.

— Этим летом АККОР выступила соорганизатором Генеральной ассамблеи всемирной организации фермеров, которая проходила в Москве. Немного оглянувшись назад, расскажите об этом нетривиальном событии. Как вы к ней пришли, связано ли это с новыми трендами, к примеру, органическим земледелием?

Плотников В Н.: Во-первых, сельское хозяйство Российской Федерации последние годы набирает обороты, реально продвигается, хорошие результаты и в производстве зерна, и животноводческой продукции. Это очень важный фактор, который вызывает у других государств и любопытство, и опасение, потому что мы реально начинаем отвоевывать внешние рынки. Россия стала конкурентоспособной в полной мере! Объемы экспорта пшеницы и другой продукции уже заставляют с нами считаться.

Все привыкли зарабатывать на поставках продукции в нашу страну, рассматривали Россию просто как рынок сбыта. А сейчас все с таким интересом ехали сюда…

Нужно сказать, что раньше нас не принимали во всемирной фермерской организации, мы с трудом туда попали, это было не просто — целая эпопея. Потом мы стали членом всемирной фермерской ассоциации, а потом прошло несколько лет — и вот уже у нас проходит съезд.

Не обошлось без трудностей. Некоторые возражали: «Куда мы поедем? В Россию? Там санкции! Нас не пускают с нашей продукцией, а мы поедем на их съезд?». Но рад сообщить, что потом эти же представители поменяли свою точку зрения на обратную. По общей оценке все прошло организованно и достойно. И это было приятно.

Интересно, что когда мы готовились, мы просили наших коллег провести отдельный круглый стол по органике, чтобы мы познакомились с опытом работы иностранных коллег. Это было после первого чтения. Знаете, как было полезно? После мы уже ссылались опыт других стран.  Это существенно помогло нам в принятии закона по производству органической продукции. И, в целом, нужно укреплять связи, потому что мир становится больше, барьеры со временем будут уходить. Нужно быть продвинутыми производителями и продвинутыми людьми, которые умеют продавать свою продукцию. И международные контакты помогают нам встраиваться в мировую систему, изучать рынок, учиться у наших коллег из других стран.

— Вы говорите, что такие контакты — это повод перенять полезный опыт. Существуют ли какие-то примеры в других странах по мерам господдержки фермеров, которые действительно вдохновили  Вас как профессионала?

Плотников В Н.: У них очень доступная система кредитования. И, если нужен кредит, можно идти и получать по очень низкой ставке и на оборотные нужды, и — что очень важно — на обновление техники. Техническое оснащение за рубежом значительно лучше, чем у нас, как раз за счет направления кредитных ресурсов.

Кроме того, очень много стимулируется в инновационных делах, в генетике. К слову, в то время, как у нас ГМО запрещено на государственном уровне, там за счет ГМО фермеры получают 150 центнеров кукурузы с гектара, огромные объемы сои, больше 40 центнеров с гектара. Это сырье потом направляют в животноводство для производства биоэтанола, который идет в топливо, то есть человека не касается. У нас нет таких объемов. Но, в то же время, у нас качественная и безопасная продукция, мы должны научиться от этого выигрывать.

Вообще, с фермерами очень интересно общаться. Там мало политики, больше по делу. Крестьяне же не поверят на слово, они должны «на зуб попробовать», как, куда, на тракторе проехать. Вот такой контакт с фермерами.

Но я чувствую, что у нас есть большие перспективы для дальнейшего развития, мы на правильном пути. И наш потенциал как аграрной державы мы обязательно реализуем в ближайшем будущем.

— Возвращаясь к теме господдержки в России. Понятно, что каждый пятый рубль должен уйти на малые формы, но последние годы не всегда получалось его отправить. Как вы считаете, из года в год система как-то адаптируется под реалии, что происходит? Ваша оценка?

Плотников В Н.: Должен признать, что мы очень часто меняем правила и меры поддержки. Только приспособились — начинаем опять менять. Это очень негативный фактор, но есть и позитивные моменты, например, мы внедрили погектарную поддержку. Надо сказать, что буквально в этом году сделали достаточно много, чтобы максимальное количество людей могли получить льготный кредит. И нужно сказать, что этой возможностью воспользовалось большое количество людей. Это не значит, что все проблемы решены, по данному сектору их достаточно: бумаги надо таскать, к тому же часто в кредите отказывают в последний момент. Ходит человек с надеждой, а в конечном счете — отказ. Так быть не должно. Но шаги реально сделаны в этом направлении.

Еще одно важное достижение этого года — деньги ушли перед весенней посевной кампанией, не то, что раньше. За январь и февраль поработали так, что все успели — средства пошли перед весной, и люди смогли воспользоваться.

— Какие направления деятельности сегодня в приоритете у фермеров?

Плотников В Н.: Большинство фермеров занимаются производством растениеводческой продукции. Это легче, доходнее, понятнее — и меньше рисков. По животноводству труднее. Это круглогодичная, круглосуточная работа, большая зависимость от цены. Поэтому сейчас важно часть государственной поддержки переориентировать на животноводство. Это оправдано, это правильно. Фермеры, которые уже отладили технологию по производству зерна, подсолнечника, свеклы, овощей, также располагают своими пастбищами и сенокосами – и они не задействованы. Надо, чтобы они занимались производством, например, той же говядины. Надо решить вопрос реального импортозамещения продуктов животноводства.

Я считаю правильным компенсировать покупку скота. Это даст хороший толчок для взаимодействия крупных, средних и мелких производителей, потому что у крупных есть хороший, высококлассный, породистый скот, есть знания и перерабатывающие предприятия, но не хватает территорий и площадок, чтобы выращивать животных на первом этапе. А теперь представьте. Семейные фермы выращивают один год бычков, а потом отдают на предприятия более крупные. Те доращивают и занимаются дальнейшей переработкой. Я думаю, это хороший был бы шаг, когда мы говорим про государственную поддержку, про меры, про новые подходы, которые сейчас обсуждаются. Я считаю, что это очень эффективная мера, и, главное, у нас сейчас уже есть все, чтобы эту систему организовать.

— Может, так наконец-то будет исчерпан вопрос, что в будущем будет в приоритете: агрохолдинги или фермеры?

Плотников В. Н.: Это спор вечный, он постоянно возникает. Я думаю, что будет и то и другое, и меры поддержки должны быть доступны не только крупным предприятиям, но и маленьким фермам, которые тоже достаточно эффективно финансируют. Спорить можно сколько угодно – это неэффективно. Должен быть результат!

— Я помню первую волну фермеров, вторую волну фермеров, когда в отрасль пришли представители интеллигенции, бывшие военные, учителя. Но сейчас, спустя четверть века, какая ментальность у фермеров? Какой он – современный молодой фермер?

Плотников В Н.: Фермеры разные, как и все, но, конечно, есть общие тенденции. Человек работает на своей земле – и это огромная мотивация, она его меняет: и внутренне, и внешне. Сын фермера уже совершенно по-другому смотрит на мир – кстати, как правило, это многодетные семьи. Фермер думает о своем будущем – и вкладывает в него. Он ответственен перед будущими поколениями, перед сыном, внуком. Другая отдача –работает по 25 часов в сутки. Это уникальный фактор, который дает развитие.

Я сам этого раньше не понимал, а потом был на практике в Германии и, после, увидел в России.  Фермер – он и хозяин, и ответственный руководитель, и работник. Все сам. Технику бережет, землю бережет.

Сегодня фермер — современный человек, он быстро ориентируется, его жизнь заставляет. И детей своих приучает, объясняет — где база, куда продать, где лучше техника, где подороже, где подешевле. С детства воспитывает предприимчивость. И вообще, давайте посмотрим, какие навыки получает молодой мальчик на ферме? Он же умеет работать и с техникой, и с животными. Он и физически сильный, и шустрый, и крепкий. Защитник Родины. И у него есть реальный мотив защищать Родину: она начинается с его фермы. Это очень ответственный человек.

Я уверен, что такая порода фермеров будет иметь все большие признание и уважение в обществе: во всем мире это уже так.

Сегодня фермер — лидер общественного мнения в селе, к нему все обращаются. Крыльцо в школе — он. Крыша в доме культуры- он. Не к кому больше идти. Дорогу почистить, сено привезти — тоже он. Сегодня большинство депутатов на местном уровне — это фермеры. Учителя уже отошли на второй план. Это говорит о том, что возрастает доверие, вновь возрастает уважение к категории людей- тружеников. А если говорить о сухих цифрах…. По объемам производства, по всем направлениям фермеры прибавляют. Ежегодно последние 10 лет посевные площади увеличиваются на миллион гектар! И я уверен, что это не предел. Фермеры могут добиться еще многих высот – и обязательно это сделают.