Дальние кордоны дикого кабана и ближайшие перспективы борьбы с АЧС

Дальние кордоны дикого кабана и ближайшие перспективы борьбы с АЧС

3

Вирус АЧС сдаваться не собирается. Профессионалы объединяют усилия. О сложных и неожиданных перипетиях борьбы со смертельной болезнью говорили на третьем заседании Постоянной группы экспертов по АЧС стран Балтии и Восточной Европы (SG3), прошедшем в Москве.

В российскую столицу прибыли заинтересованные лица с территорий, объединенных общей бедой (за исключением Украины), а также — Надеж Лебук, руководитель субрегионального офиса МЭБ в Брюсселе, члены Генерального директората по здравоохранению и защите потребителей (DG SANТЕ) Еврокомиссии Франсиско Ревирьего-Гордехо, Мориц Клемм, Франческо Берлиньери, советник по сельскому хозяйству представительства Евросоюза в РФ Тадас Бриедис, глава Службы здоровья животных штаб-квартиры ФАО Хуан Луброт, руководитель представительства МЭБ в Москве Казимирас Лукаускас и те, чьи имена появятся в ходе нашего обзора.

Международная группа экспертов побывала в Белоруссии, Литве, Латвии, Польше, Украине, Эстонии, России. Детально вникла в условия работы сельхозпредприятий всех масштабов — от крупного промышленного до мелкого крестьянского хозяйства. Эксперты работали добросовестно и непредвзято. Поэтому все они сегодня, заметил директор DG SANТЕ Еврокомиссии Бернар ван Готем, в хорошем настроении. Оставалось лишь сохранить его до конца встречи.

Семь отчетов решили выслушать по алфавиту.

Белоруссия: настоящая библия по АЧС

Клаус Депнер, директор института эпидемиологии им. Фридриха Лефлера, руководивший экспертной группой, высоко оценил разработку и наличие в местном инструментарии специалистов толстой брошюры, которую он назвал «настоящей библией по АЧС».

— Первый раз такое подробное пособие по борьбе с опасной болезнью мы увидели именно в Белоруссии.

Эксперт заметил, что комиссия в ходе поездки никогда не заходила внутрь сельхозпредприятий: «Смотрели с порога, чтобы не возникало ненужных слухов. Это не значит, что мы не представляем ситуацию внутри. Ее нам подробно описывали».

ВОПРОС «АБ»: Может быть, у журналистов в этом плане больше свободы? Ведь когда нас приглашают на предприятия — особенно если нужно заинтересовать его продукцией, — достаточно предъявить справку о результатах анализов, запрошенную владельцами. Для прохода на крупные сельхозпредприятия существуют санпропускники. Нужно пройти через них, надеть специальную одежду. И не должно быть никаких проблем. Кроме разве что наличия у проверяющих серьезных заболеваний типа туберкулеза. Однако здоровье членов комиссии, по-моему, ни у кого не вызывало тревоги.

Эксперты отметили существенное снижение поголовья на подворьях. Клаус прокомментировал ситуацию (применительно не только к Белоруссии): «На них ветслужба обычно не обращает внимания. Есть и есть. Лучше бы вообще их не было. Самая большая головная боль». Деталь, с которой не поспорит ни один ветеринар: меры безопасности тем лучше, чем крупнее предприятие.

Санэпиднадзор в крупных хозяйствах страны включает такую меру, как диагностика 5% свиней с помощью ПЦР. «Нам кажется, что это — бесполезная мера, пустая трата времени и денег», — заметит Депнер. И это замечание вызовет горячие споры участников заседания. Но экспертная комиссия сочтет, что профилактика АЧС должна осуществляться на самых ранних стадиях, а не констатировать случившееся в самом конце. В противном случае это можно считать полным провалом работы ветеринарных служб на местах.

Другой яркий момент дискуссии начался с фразы Депнера: «Мы так и не поняли, что там, в Белоруссии, с диким кабаном.

На министерском уровне нам говорили, что его нет, а в регионах, в селах оказывалось, что он все-таки есть. Позитивные моменты также присутствуют. В стране серьезно продвинулись в направлении решения проблемы. Но везде дикие кабаны считаются серьезным фактором риска. А здесь мы так и не получили полной ясности. В Белоруссии поставили амбициозную задачу увеличить поголовье свиней с 3,2 млн до 4 млн. Концепция безопасности в этом случае должна стоять во главе угла. Потому что если на комплексе, где свиней 100 тысяч, выявят заболевание —это будет кошмар».

Клаус Депнер заметил, что проведены многие часы в обсуждении этих проблем с Юрием Пивоварчиком, директором Белорусского государственного ветеринарного центра. Говорили, в частности, о важности оценки рисков. Первая из рекомендаций экспертов — создать план по оценке факторов, им сопутствующих. И здесь были бы очень полезны разработки МЭБ. «Выявление болезни на ранней стадии — наша главная цель и задача. Однако в целом белорусские коллеги работают неплохо, и добиться улучшений можно без всяких финансовых вливаний».

Несмотря на то, что промелькнули упомянутые часы общения на местах, Юрий Пивоварчик решительно возразил экспертам: «Дикий кабан у нас есть». На 1 марта 2015 г. было 15 тысяч голов. Численность сейчас — 2600 голов. Политика государства сводится к отстрелу животных.

Справка «АБ»: Два года назад газета «Гомельская правда» писала:

«Тысячи лесных хрюшек будут отстреляны уже к 1 марта. Можно даже говорить о временном изъятии популяции этого зверя с территории Беларуси. Решение об уничтожении дикого кабана принято в рамках мероприятий по борьбе с африканской чумой свиней. В связи с неблагоприятной эпизоотической ситуацией решено максимально снизить численность диких кабанов, которые являются переносчиками коварной инфекции.

По состоянию на 1 апреля прошлого года численность этого зверя в нашей республике составляла более 81 тысячи голов, к концу года — около 20 тысяч. Однако переживать об исчезновении популяции этого вида животных нет причин, успокаивают экологи: она восстанавливается достаточно быстро и легко. Тем более, дикий кабан всегда может прийти из-за границы. Не стоит забывать, что есть и труднодоступные места в природе, где лесные хрюшки могут остаться невредимыми».

Отстрел дикого кабана в Белоруссии поощряется — путевка на охоту выдается бесплатно. Однако если охотник нарушит ряд обязательных требований по утилизации и дезинфекции или же решит забрать проблемную тушу домой, то ему может грозить крупный штраф или даже лишение свободы сроком до 6 лет.

При таких суровых мерах, безусловно, можно ожидать и впечатляющих результатов. Поэтому вполне хотелось верить белорусскому коллеге Пивоварчика, который констатировал:

«У нас нет АЧС. За каждую голову дикого кабана мы платим около 80 евро. Но мы опасаемся окружающих нас стран».

Окружающих стран боятся все!

Из последних страхов. «Март 2016. Дикие кабаны, расплодившиеся в Калининградской области, создают критическую ситуацию для санитарного благополучия региона в связи с возможным заносом вируса АЧС из Литвы, сообщает региональное управление Россельхознадзора. Профильные ведомства рекомендовали обеспечить численность этого дикого животного на уровне не более двух особей на 1 тысячу гектаров. Однако на сегодняшний день в нацпарке «Куршская коса», который граничит с неблагоприятной по АЧС Литвой, численность популяции дикого кабана составляет около девяти голов на 1 тысячу гектаров. Россельхознадзор выражает озабоченность сложившейся ситуацией, которая на фоне ухудшения эпизоотической обстановки по АЧС в странах ЕС несет в себе дополнительные риски».

Юрий Пивоварчик к сказанному добавил: «К людям пришло осознание, что АЧС — это опасно. Ничего, что исчезнут кабаны. Останутся олени, муфлоны, косули… Важна стратегия профилактики».

Клаус Депнер спорить не стал. Лишь заметил, что иногда могут возникать трудности перевода, недопонимание. В конце концов, это мог быть его личный посыл после визита в удаленную деревню. Хотя коллега по экспертной группе из «ВНИИЗЖ» Константин Груздев считает, что все было изложено объективно.

«АБ» в перерыве поинтересовалась мнением участников заседания: не стоит ли ожидать, что в результате тотального отстрела регион и вовсе лишится этого представителя фауны. Руководители серьезных ведомств, иногда сами охотники, ответили, что природа не терпит пустоты, и на подобные акции зверь отвечает повышенным воспроизводством. Можно не беспокоиться.

Эстонская оперативность, или секреты пассивного надзора

Здесь комплексы осматривали не с порога, а изнутри. (Так значит, у соседей это возможно?) От Латвии и Литвы страна отличается тем, что здесь больше крупных хозяйств. Но мелкие тоже имеют место.

Что интересно: у эстонцев в своевременном обнаружении вируса основную роль сыграл пассивный надзор. И он был ключевым в процессе! Пассивный надзор — это всего лишь звонок ветеринару. «У того ведь нет волшебной палочки, он не знает, к кому пойти и проверить, — констатировал Клаус. — А здесь 17 случаев из 17 были зафиксированы после звонков людей в ветслужбу. Это хорошо, это отличный результат!»

В Эстонии насчитывают 22 тысячи голов дикого кабана. Эксперт снова оговорился: что касается цифр — по всем странам это лишь примерные, очень грубые предположения.

АЧС оказалась сюрпризом для спокойной Эстонии. Однако сразу были подключены лаборатории, проведены всевозможные эпидемиологические исследования. Вспышки же случались из-за недостаточных мер безопасности. Косили траву на корм за пределами фермы, не предполагая, что она может быть заражена, например.

Другая важная проблема, также затронувшая всех: миры охотников и ветеринаров не очень-то совпадают. А они, по выражению Депнера, должны тянуть канаты в одном направлении. Хотя предпочли бы жить на разных планетах. К примеру, охотники, даже при угрозе АЧС, находят неэтичным отстреливать самок. И это проблема.

Представители Эстонии не стали опровергать цифру 22 тысячи, добавив только, что сейчас кабанов, похоже, 19600 голов. Хотя никто не знает точно. А цель здесь, как и у других, — снижение поголовья.

Кабан, позитивный во всех отношениях

В Литву, по признанию Сильвии Беллини, члена экспертной группы, они свалились как снег на голову. (Что еще раз должно подтвердить непредвзятость оценок.)

— Неподготовленные, немотивированные сотрудники ветслужб — это всегда слабое звено в цепи. Но здесь коллеги оказались на высоте.

Отчет по Литве вызвал новую дискуссию. Видмантас Пауляускас, заместитель директора Государственной службы ветеринарии и продовольствия: «Был поставлен вопрос: нужны ли заборы вокруг подсобных хозяйств. Есть мнение: если животные внутри помещения, если для корма не используется инфицированный материал — все будет хорошо. Мы так не считаем. Вокруг подворий должны быть ограждения! Вопрос вне обсуждений. Владельцам это не нравится, дорого. Но ограждения должны стоять. Точка».

Практика Литвы по запрету охоты на 30 дней на территории, где был обнаружен позитивный кабан, тоже вызвала споры. Литовцы считают, что не нужно распугивать потенциально зараженных животных. Пусть они погибнут на этой территории, а не мигрируют, напуганные выстрелами, в другие места. Можно выдержать паузу, которая стабилизирует ситуацию.

Включились латвийские коллеги: в Латвии 50 тысяч кабанов и 20 тысяч охотников, иногда трудно что-то объяснить последним. А уж ограничивать время охоты, вводить запреты… Жизнь это жизнь, охотники это охотники. В реальной жизни результат не всегда совпадает с ожиданием.

Обсудили вопрос, носит ли АЧС сезонный характер. Пришли к выводу, что, скорей всего, да. Пик в Латвии и Литве пришелся, действительно, на лето.

Однако человеческий фактор играет тоже не последнюю роль. Вспомнили, что в самом начале пути вируса из Грузии в регион очаги распространения находили вдоль дорог. Об этом сказал Витторио Губерти, член экспертной группы по АЧС. («Я работал на ФАО в Грузии четыре года…» — «Теперь там свиней нет», — пошутили коллеги.)

Хуан Луброт, поднявший вопрос о необходимости отслеживать цепочки мясной продукции, заметил, что совсем рядом — Молдавия и Румыния.

— Разве чума их не касается? А знаем ли мы о том, что делается там?

В это время на экране появились украинские коллеги. Выслушали по скайпу доклад о работе экспертов. Поблагодарили. Попрощались.

Польша: мы привыкаем жить с чумой?

Константин Груздев, рассказывая о работе группы, выразил восхищение уникальным опытом работы коллег в местечке Хайнувка на окраине Беловежской пущи. Но это отдельная история.

В Польше около 16 млн свиней. Кабанов «чуть меньше» — 300 тысяч. Плотность высока, и ее градиент увеличивается к границе с Германией и балтийскому берегу. Один случай позитивного по АЧС кабана был зафиксирован в 900 м от белорусской границы. И, несмотря на принимаемые меры, зона поражения расширилась до 25 км. В этой ситуации должна бы произойти трансформация ветслужбы. Но понимание не приходит так быстро, как хотелось бы. Жаркие споры с Кшиштофом Яджевски, заместителем государственного ветеринарного врача Польши (с которым на месте тоже были многочасовые встречи), привели к реплике Груздева:

— Плохо то, что мы привыкаем жить с чумой. В прошлый приезд плакат-предупреждение в вашем офисе смотрел человеку в лицо прямо с порога. А сейчас он стоит бочком. И это не мелочь, а показатель отношения к проблеме».

Зато здесь отказались от термина «отстрел кабанов». Нашли более корректный — управление популяцией. Изменили сознание охотника. Сейчас он ведет себя совершенно иначе, чем до АЧС. Процесс пошел по-другому, потому что высококвалифицированные охотники в Хайнувке встали на сторону ветеринаров.

В Польше разработали специальный защитный охотничий костюм. К нему прилагается пакет с набором принадлежностей, где есть дезинфицирующие средства на случай встречи с инфекцией. Люди получают все это буквально вместе с охотничьим билетом. И необходимость соблюдать осторожность сразу проникает в сознание.

Однако стремление добиться определенной плотности дикого кабана на территории Польши вызвало вопросы у эстонских коллег: «Все равно у нас идет распространение даже при той цифре, к которой вы стремитесь».

Витторио Губерти парировал: «Но мы же говорим о комплексе мер! И потом: то, что для меня 0,1 головы на тысячу гектар — у вас может означать 10. Увы, внутри стран применяют разные методологии, разные системы измерения. Цифра 0,5 относится именно к Польше, а не к вам».

Свинина на столе солдата

В докладе о России эксперты заметили, что у нас столкнулись с таким необычным явлением, как хозяйства в исправительных учреждениях, где растят свиней для собственных нужд — и находятся они в ведении МВД и Минобороны. Туда, по их предположению, вирус может попадать даже с посылками, в которых есть продукция животного происхождения. Свиньям, впрочем, оказалось без разницы, откуда он пришел.

Прозвучала крылатая фраза Николая Власова, заместителя главы Россельхознадзора, о проникновении вируса в мелкие товарные хозяйства: «Чем хуже — тем лучше». Когда ситуация на личных подворьях становится невыносимой, инфекция наступает, начинается падеж животных — люди начинают понимать, что ситуацию придется изменить. И здесь Россия применила действенное средство: изымая свиней, людям помогали приобрести другой домашний скот без ущерба для семейного бюджета, чтобы не терялся смысл существования фермы.

Удивила экспертов и компартментализация — разделение хозяйств по степени их биологической защиты. И сложности получения самого высокого, четвертого уровня, которое дает большие преференции. Но группа указала на нулевой уровень безопасности в ЛПХ и отсутствие спецпрограмм по улучшению ситуации. Евгений Непоклонов, главный государственный ветеринарный инспектор России и замглавы Россельхознадзора, возразил: программы есть. А работу референтных центров можно отнести к пассивному надзору, признанному эффективным инструментом в борьбе с АЧС.

Приятная строка из отчета экспертной группы: «На местах мы узнали, что регионы высоко ценят возможность получения информации на сайте Россельхознадзора».

Подводя черту десятичасовой дискуссии, Бернар ван Готем заметил: «У всех нас есть АЧС. Только у Белоруссии ее нет. В ЕС активно работают ученые, наука движется вперед. От них может многое зависеть. Наш клуб был создан с целью обмена опытом. Мы здесь. И мы будем это делать. А идеального мира не существует».

Евгений Непоклонов оценил работу клуба специалистов с разными взглядами на фауну во всех ее проявлениях: «Формат, выбранный комиссией SG, — наиболее эффективная возможность решать проблемы трансграничных болезней. Ситуация сложная, поэтому создание максимально прозрачных механизмов контроля и принятие необходимых мер по предупреждению и ликвидации опасных заболеваний считаем правильным».

Участники согласились: удалось сделать почти невозможное. Год назад никто не верил, что возможен выезд группы на места, работа в странах региона. Оказалось, миссия выполнима. «Мы это сделали это!» — с гордостью констатировали участники московского раунда борьбы с АЧС.

 

Агробезопасность №2 (32)